Соревнования "VI World Class Open" :: 9 декабря 2017

Голубая Дыра Багамы лонг айлэнд мекка фридайвингаСтатья написана Сарой Кэмпбэлл для британского журнала “The Independent” в конце ноября 2013 года.
----------------------------------
«Несколько лет назад я сидела на кушетке одного из ведущих лондонских психотерапевтов, пытаясь разобраться, какие именно вещи движут мной в спорте и моей личной жизни. Она держала перед собой исписанную анкету, которую я заполняла почти всю предыдущую ночь, а я находилась в нетерпении приближающегося вердикта.

«Ты знаешь, я очень удивлена», произнесла она, поднимая брови. «Я предполагала? что ты бесшабашная экстремалка, не заботящаяся о своей жизни и здоровье. Однако, судя по твоим ответам, на самом деле ты довольно консервативная натура. Неожиданный результат».

Я бывшая спортсменка-фридайвер, установила 4 мировых рекорда в погружениях на задержке дыхания – погружалась глубже 100 метров на одном вдохе. Сейчас я тренер. Для внешнего наблюдателя фридайвинг кажется безответственным, опасным и, будем откровенны, глупым занятием. Мне именно так и казалось, когда я пришла на курс для начинающих в 2005 году.

За время, прошедшее с тех пор, фридайвинг показал мне что он является совсем не тем, каким он казался. Фридайвинг – это про расслабление. Это выражение духовности, форма медитации, способ сосуществовать в полной гармонии с природой. Фридайвинг – это исследование своего потенциала, во время которого мы выходим за ограничения, которые выставляет нам свой собственный разум. Фридайвинг научил меня лучшему, более здоровому и наполняющему радостью образу жизни.

Один из парадоксов соревновательного фридайвинга – научиться расслабляться, научиться «выключать» в себе желание победить и все же получить медаль или звание. Баланс между стремлением к успеху и отвлечения от жажды званий, достижения целей и получения признания очень тонкий. Мы ходим по тонкому канату между стремлением достичь новой глубины и отпусканием всех желаний. Чтобы совершить идеальное погружение, следует «отпустить» ожидание успеха.

Когда мы расслабляемся, наши мускулы смягчаются – это расслабление и помогает нам погружаться так глубоко и возвращаться на поверхность без вреда для тела. При погружении всего на 10 метров давление на наше тело – и, соответственно, на наши воздушные полости, удваивается. С повышением давления объем полостей уменьшается. Когда я нахожусь на глубине 100 метров ниже уровня моря, давление сжимает мои легкие до одной одиннадцатой от объема полного вдоха на поверхности.

Если я не расслаблена, грудная клетка не может пластично сжиматься. В результате мягкие легочные ткани растягиваются нарастающим давлением. Это вызывает баротравму, которую мы называем «обжимом легких». Снижение давления внутри легких вызывает перемещение жидкостей из капилляров, окружающих альвеолы, внутрь воздушной полости. Симптомы обжима легких могут выражаться как в легком першении и наличии крошечных точек крови в слюне (можно заметить, откашливая в ладонь), так и в больших сгустках крови, размером с монетку в 20 пенсов или даже 50 пенсов, которые откашливаются один или много раз. Большинство сознательных фридайверов знают, что даже после небольшого «обжима» следует воздержаться от погружений несколько дней, а после серьезной баротравмы нужно обязательно дать себе больше времени на восстановление.

К сожалению, сорвеновательный фридайвинг испытал серьезное потрясение на прошлой неделе – впервые за 20-тилетнюю историю соревнований AIDA по фридайвингу Николас Меволи, 32-хлетний спортсмен из США, погиб при попытке установления национального рекорда в дисциплине «постоянный вес без ласт» - 72 метра.

Я познакомилась с Ником в прошлом году на командном Чемпионате Мира во Франции, где я обучала спортсменов способам медитации, а Ник был членом сборной команды США. Однажды утром он подошел ко мне за советом; соратники обвиняли его в слишком настойчивом подходе к погружениям, в нырянии для удовлетворения собственного эго, в неумении работать в команде. Он находился в удрученном состоянии. Я знала, что его команда переживала не столько о снижении общих шансов на победу, а больше волновались именно по поводу здоровья самого Ника. Его прогресс случился у меня на глазах: он был одним из наиболее многообещающих фридайверов в США, талантливый и одаренный. Однако, меня беспокоила его растущая тенденция к «обжиму легких» и потерям сознания даже в неглубоких погружениях.

Мне вспоминается его точка зрения о спорте и мое ощущение, что его мягкое, духовное отношение с фридайвингом не переносилось на соревнования. Он упоминал Бога и медитацию, когда говорил о фридайвинге, но не следовал тому, о чем так убедительно говорит. Мне сразу вспоминается запись в его блоге, которую он написал в прошлом году на Чемпионате Мира в Каламате, через год после нашего разговора: «Из меня вышло так много крови, что я будто стал донором для тротуара… странно, что же такое со мной происходит. Я понимаю что какая-то внешняя причина влияет на мои погружения, но я не нашел способа это исправить».

Ник ставил перед собой цель: в концу 2013 года поставить национальные рекорды США по всем соревновательным дисциплинам. Соревнования «Vertical Blue», проходящие на Багамах, были последними глубинными соревнованиями в этом сезоне и, соответственно, заключительным шансом Ника поставить рекорд в постоянном весе без ласт – 72 метра в этом году.

В том разговоре во Франции я ему сказала, что если он действительно искренне любит фридайвинг и хочет долгое время им заниматься, ему следует мягче относиться к погружениям, успокоить стремление устанавливать рекорды и нырять на большие глубины, чтобы дать организму время на адаптацию. Но мне показалось, что он не мог последовать этим советам. Запись в его блоге в сентябре 2013 года сейчас кажется предчувствием: «Цифры заразили мой мозг как вирус, а необходимость достижения стала одержимостью. Одержимость может убить».

Несмотря на его обещание быть более внимательным к себе, чтобы «выбрать жизнь», его друзья рассказывают, что на Багамах он находился в крайне удрученном состоянии. Он был физически и психологически измотан после года изнуряющих тренировок и соревнований.

Мы никогда не узнаем его мыслей перед своим последним погружением. 72 метра не являлись для него экстремальной глубиной, он уже был рекордсменом США в CWT с результатом 100 метров (погружение в моноласте). Однако, эхолот на платформе и камера, установленная на конце троса, показали: при погружении он засомневался и развернулся первый раз на 63 метрах, а потом еще раз на 68 метрах, после чего, с 68 до 72 метров, продолжил падение в горизонтальном положении. Ник почувствовал, что стоит развернуться на 63 метрах, он прислушался на мгновение, но решил не следовать этому сигналу. Это сомнение, а также напряжение, которое сопровождало это сомнение, и его итоговое решение продолжить движение вниз стоили ему жизни...

За более чем 20-тилетнюю историю соревнований AIDA по фридайвингу не погибал ни один спортсмен. У Ника была хорошая причина верить, что решение продолжить погружение было взвешенным и благоразумным. Он взвесил альтернативы: развернуться и попробовать совершить рекордное погружение в следующие дни или продолжить и опубликовать пресс-релиз о новом национальном рекорде уже сегодня вечером. Он множество раз выныривал с баротравмой легких и продолжал глубоководные погружения. Почему сегодня это погружение может пойти иначе?

Конечно, это только предположения. Вскрытие может пролить свет на какие-то физические особенности, приведшие к гибели Ника. Но мы не узнаем мысленных и эмоциональных причин, которые сопровождали это трагическое погружение. Они принадлежат Нику и только ему одному.

Те из нас, кто продолжают жить, теперь должны разобраться, как использовать эту новую информацию. Тенденция к сокрытию баротравм привлекает все больше внимания спортсменов и самой организации AIDA. В 2011 году похожий инцидент чуть не привел к гибели британского спортсмена на Чемпионате Мира в Греции. В результате появилось ограничение по тому, на сколько метров глубже спортсмены могут погружаться в соревновательные дни по сравнению с максимальной глубиной, которую они смогли достичь в тренировочные дни во время подготовки к соревнованию. Также растет внимание к «упаковке легких», методе, который используется для повышения объема легких и воздуха, который фридайверы могут «взять» с собой на глубину; серия серьезных травм доказывает что «упаковка» несет в себе серьезные риски.

Несмотря на все это, фридайвинг является завидно безопасным видом спорта, по сравнению с другими. Мы можем только надеяться, что явление баротравмы легких и избыточной упаковки легких будут восприняты серьезно всеми спортсменами, чтобы AIDA не пришлось вводить запреты на участие в соревнованиях для тех, кто получает баротравмы в тренировках. Ведь любое ограничение может, вместо желаемого предотвращения проблемы, привести к уходу «запрещенного» поведения «в тень». Некоторые фридайверы уже скрывают свои «обжимы легких». Нам следует содействовать открытости через обучающие курсы и обмен опытом, чтобы обеспечить высокий уровень безопасности.

Может быть свет, великодушие, страсть и радость, которыми Ник делился с окружающими его спортсменами будет жить в нас и выражаться в более взвешенном, осознанном подходе к спорту и к нашему собственному благополучию. Ведь рекорды, насколько бы приятными они ни были, не являются причиной, по которой мы занимаемся фридайвингом.»

---------------------------------
Семья Николаса Меволи организовывает благотворительную программу по ремонту церкви на Лонг Айлэнд, Багамы. Николас помогал ремонтировать эту церковь в обмен на проживание в комнате во время своих тренировок на Багамах.

Сара Кэмпбэлл – британская спортсменка, установила 4 рекорда мира. Сейчас Сара живет в Дахабе и тренирует фридайверов по всему миру. discoveryourdepths.com / sara@discoveryourdepths.com

Перевод: Константин Борисов



© 2016 AQUALIBRIUM 2009-2017. All Rights Reserved.

123